Интерактивная экскурсия с дегустацией сыров

СМИ о нас

Татьяна ГОЛЯТИНА, "Как приручить журавля", Северная Правда, 26 августа 2009 года

На открытии музея льна и бересты вместо традиционного разрезания ленточки почетным гостям предложили... перепилить бревно. С улыбкой и азартом они взялись за дело. Неординарность предложения шла не только от профиля нового музея, но и от характера его хозяйки Натальи Забавиной.

Больше двух десятков лет назад, как и сегодняшние посетители ее музея, она ушла с первого в Костромской области праздника народных ремесел завороженная работами Валентины Евстигнеевны Шантыревой. Впрочем, не одна она из нескольких тысяч зрителей, но вместе с восхищением в ее душе поселилось твердое убеждение, что жить без этой красоты невозможно. Пытливый ум и неугомонные руки Натальи Павловны к этому времени успели освоить многое: макраме, резьбу по дереву, керамику. Словом, синица в ее руках уже была, а плетение из бересты стало тем журавлем в небе, которого хотелось приручить. И она не стала откладывать визит к Валентине Евстигнеевне: "Научите!" - с трепетом по-просила мастерицу.

Мастера, виртуозно владеющего этим древним искусством, появление учеников искренне радовало. Сама Валентина Евстигнеевна начала плести из бересты после выхода на пенсию, вспомнив навыки бабушки.

- Она была удивительным человеком, - вспоминают ученики Шантыревой, - до пенсии работала машинистом башенного крана на железной дороге, а в свободное время любила разгадывать шарады, трудные логические задачи из журнала "Наука и жизнь", щелкала их словно семечки. Имея образование всего четыре класса, она обладала математическим складом ума, природной сметкой. Из кубика Рубика, популярного в те годы в нашей стране, Валентина Евстигнеевна собирала десятки самых неожиданных вариантов, записывала и отправляла в Москву в журнал. Основу плетения из бересты она тоже видела в математике, в сочетании квадратов и кубиков. Чтобы сделать объемное изделие, надо просчитать, где будет убавка или прибавка, где добавочная лычка, все это записать по клеточкам.

Педагог Любовь Лебедева приводила к Валентине Евстигнеевне ребят, занимающихся в этнографическом кружке, и тоже попросилась в ученицы. Здесь они и встретились с Натальей Павловной, общение их растянулось на годы, а мечта о музее, зароненная Шантыревой, не давала покоя.

В Наталье Павловне уживаются две, казалось бы, несовместимых грани: творчество и жесткий прагматизм. Она первой ушла на "вольные хлеба".

- не страшно было оставлять в период штормящей экономики надежную работу? - пытаю ее.

- Нет, конечно, Уверенно отвечает Забавина.

- Я знаю, чего хочу в жизни. В институте проработала семь лет, преподавала в училище культуры. Скажите, как можно было жить на зарплату в 80 рублей, растить сына? Ушла без сожаления, попробовала себя во многом, остановилась на бересте.

- На деле, приносящем наибольший доход?

- Прежде всего на любимом, - уточняет Наталья Павловна.

- Поначалу не было желания сделать и продать. Когда я видела бересту - сердце замирало, благоговела перед ней. Сделаю солонку и умираю от счастья. Может, потому, что люблю деревню, природу. Хотелось многое попробовать: керамика, свистульки, резьба по дереву. Когда-то давно я прочла книгу про Джой Адамсон, она была художником, укротительницей, резчиком по дереву и писательницей. Столько всего умела! Я подумала, а чем я хуже? И решила попробовать. Когда делаешь то, что ты хочешь, если труд приносит удовольствие, то, мне кажется, деньги сами собой появятся...

Изделия из бересты пользовались необычайной популярностью у туристов и костромичей. Изменившаяся финансовая ситуация приблизила мечту. Городские власти идею одобрили и выделили земельный участок в удобном для будущего музея месте. В котлован бросили на счастье монетки, и началось строительство. Как признается Наталья Павловна, несмотря на успешность дела, она и представить не могла, сколько сил, времени оно потребует.

Основой экспозиции стали работы Натальи Павловны и Любови Борисовны, исколесившей с экспедициями область вдоль и поперек. Сколько уникальных вещей ей удалось вытащить буквально из печи! В одной из деревень в поленнице дров она увидела резную швейку. Дух захватило: как можно такую красоту - и на дрова! Хозяйка с улыбкой махнула рукой: бери, она своё отжила.

- Что же мы делаем с историей?! - сетует Любовь Борисовна.

- Нельзя отрицать то, что было, надо беречь, любить и уважать каждый кусок жизни. Хорошее ли, плохое, но это наша жизнь. Мы там жили и были счастливы. Представляете, павинские дети приехали ко мне учиться плести из бересты. Это же нонсенс! Это я, городской житель, должна ехать к ним. А Петя или Ваня сказать, что мой дедушка не так лапти плетет, не отсюда начинает, не пять лычек закладывает, а четыре. Получается, что деревенская культура сохраняется в городе.

Кстати, сын Натальи Павловны Сергей еще маленьким не одну сотню шкатулок сплел. Сегодня он союзник и помощник матери - коммерческий директор музея. И сыновья Любови Борисовны, как только им стали требоваться карманные деньги, освоили это мастерство. На первый компьютер заработали своими руками. Обе они считают, что рубль заработанный и рубль родительский - полярно различны. Игрушку, купленную на свои деньги, дети ценят гораздо больше, чем подаренную. Для успешного будущего гораздо важнее научить детей зарабатывать, ценить труд свой и других.

Музей льна и бересты - самый молодой (не считая открывшегося полгода назад музея Снегурочки) в Костроме, но уже успел завоевать не один диплом за участие в российских и международных выставках, поток туристов растет год от года. Сами костромичи с удовольствием приходят сюда, ведут своих гостей. Оказывается, половина из них и представления не имеют, как в поле растет рубашка. И это в нашем крае, издревле славившемся льноводством! Одна из посетительниц далеко не юного возраста с удивлением прослушала экскурсию, а потом призналась: она всегда думала, что в коробочках, созревающих к осени на месте цветка льна, лежат свернутые льняные ниточки, из которых потом ткут ткань.

В зале бересты особое место отведено работам Валентины Евстигнеевны Шантыревой, у ее портрета вместе с поделками стоит кубик Рубика, как увлечение мастерицы и напоминание о том, что в основе всего представленного здесь лежат эти чудные квадраты и кубики. Память о ней - это музей и ремесло в руках Натальи Павловны и Любови Борисовны, их учеников и последователей.

Рядом с бытовыми предметами прошлых лет: туесками - прообразами нынешних термосов, пестерями, лаптями, коробами, солонками - соседствуют изумительные выставочные работы, сделанные сегодня. Глядя на них, поражаешься неуемной фантазии, изобретательности и умению авторов. Наталья Павловна и Любовь Борисовна, несмотря на огромную занятость, каждую свободную минутку спешат в мастерскую, чтобы ощутить в руках тепло бересты и творить из нее, творить...

Не раз и не два я была в музее и всегда уходила с чувством сопричастности к чуду. Оказывается, у этого чуда скоро будет новая страница. Уже вырыт котлован, брошены в него монетки и даже есть название - "Лес-чудодей". Наталья Павловна, зарекавшаяся еще раз браться за стройку, уже видит вокруг нового музея парковую зону с красивым ландшафтом из всех пород деревьев Костромской области. Человек издревле жил в деревянном доме, спал на деревянной лавке, ел с деревянной посуды, поэтому с содержанием музея проблем не будет, многие экспонаты ждут своего часа. Есть и изюминки, секреты которых хранят до поры до времени.

Судя по предыдущему опыту, ждать нового музея недолго, поскольку у его истоков стоят счастливые люди, безмерно любящие свою работу и постоянно стремящиеся вперед. Если мыслить глобально, то ценность имеет только то, что остается у нас в душе. Наталья Павловна и Любовь Борисовна мечтают, чтобы посетители стали немножко счастливее, унесли в душе тепло и радость.

Уперлась - и построила музей, Молодежная линия, 1 января 2009 года

Наталья Забавина, директор Му­зея льна и бересты:

— Упрямым и настойчивым нра­вом я отличалась с детства. Но знаете, упрямс­тво ведь не всег­да идет на пользу дела.

А вот уж где упрямство дейс­твительно пришлось мне как нельзя кстати, то это непосредственно в строительстве музея. Я сама ученица Валентины Евстигнеевны Шантыревой, извес­тного костромского мастера по бе­ресте, под ее руководством занима­лась, создавала коллекции. И в один прекрасный момент захотелось по­казать людям эти работы. Работы не только свои, но и других талантливых мастеров, которых я уже тогда зна­ла по выставкам и ярмаркам. И вот тут я, что называется, лбом в стенку уперлась. Вместе с сыном Сергеем принялись за строительство. Не без трудностей, но построили. И вот уже три с половиной года работает наш музей.

 

Евгения НИКОЛАЕВА, "ГУБЕРНСКIЙ ДОМЪ", №6(75), 2006, с.65

Еще один уголок, который приятно посетить и где можно многое узнать. Хозяйка музея, Забавина Наталья Павловна, вынашивала эту идею давно, еще в те времена, когда была жива мастерица по бересте Валентина Евстигнеевна Шантырева, через которую Наталья Павловна познакомилась с управляющей музеем Лебедевой Любовью Борисовной.

И вот появилась возможность воплотить мечту в реальность: собрать в одном месте старинные фотографии, образцы тканей и другие экспонаты, наглядно показать людям, как из выращенного льна получали красивые и качественные ткани. Туристы, оказывается, приезжают не только из окрестных городов, из Подмосковья и Москвы, но и с другой стороны земного шара - из Мексики, Бразилии.

Многие слабо представляют, насколько трудоемок процесс получения ткани, в музее же рассказывают о том, как лен растили, убирали, обрабатывали, и тут же наглядно показывают, как обминали на деревянной мялочке, пропуская несколько раз, и из льняной соломки получались волокна, как лен трепали с помощью деревянных трепалок, три раза прочесывали, и наставала очередь прядения, работа эта трудная и кропотливая. Отец мастерил своей дочери прялочку с шести лет. Затем экскурсовод садится за ткацкий станок, чтобы показать, как получалась ткань. И рядом как пример представлена одежда конца 19 - начала 20 века из Павинского района, шитая из ткани, полученной вышеуказанным образом, - рубаха, которая называется "косоклинка", и порты из беленого льна.

Все оборудование для производства ткани, на первый взгляд, простое, сделано из дерева, но использовали его еще в начале двадцатого века, а в некоторых деревнях оно сохранилось до сих пор. Полученные ткани отличались удивительным качеством, изготовляли даже царский батист, который был тоньше шелка.

Еще можно полюбоваться гобеленами, панно, куклами, русскими нарядами. Именные куклы из льняной ткани или волокна присылаются из Архангельска, Белоруссии, Подмосковья, а также выполняются в костромской студии "Мастерство", рукодельницы которой изготовили панно "Цветущий сад". Гобелены "Сказки Пушкина", гобелены с видами старой и настоящей Костромы сотканы художником Евгением Радченко.

Часть экспонатов была доставлена в музей с Большой Костромской льняной мануфактуры, о которой в экскурсии говорится как о самом крупном льняном предприятии города. Это несколько старинных фотографий, образцы дореволюционных тканей, жаккардовые и суровые ткани, покрывало с гербом Советского Союза, современные жаккардовые и набивные скатерти. В торгово-выставочном зале глаза разбегаются от разнообразия скатертей и салфеток, изготовленных на Большой Костромской льняной мануфактуре, и одежды из льна, шитой и вязаной, сделанной мастерицами-надомницами, от постельного белья, русских рубах, шапочек... Добротные, красивые и полезные вещи.